Миграция в яйлах - Antalya Destination
image06

Миграция в яйлах

Весенняя миграция или переход в яйлы происходит в конце мая - начале июня. Переход в яйлы может начаться и раньше, но никогда позже указанных сроков. Переход в яйлы должен осуществляться очень быстро, без особых промедлений. А вот спуск с гор в конце сезона, наоборот, происходит очень-очень медленно. Начинается такой спуск в августе, когда в горах становится прохладнее. В это время года на побережье все еще держится жаркая погода. Кочевники непременно делают остановки, продолжающиеся от нескольких недель до нескольких месяцев, в особых местах, где не так жарко, по сравнению с побережьем, но и не так прохладно, как в горах. В течение одного сезона происходят неоднократные переходы между такими промежуточными стоянками. Как только становится прохладнее в таком месте, кочевники со стадами спускаются ниже, к следующей стоянке, и, в конце концов, с наступлением холодов миграция заканчивается у побережья и подножья гор.

Большое количество поселений, расположенных на полпути между побережьем и высокогорными плато, служили в первую очередь для того, чтобы переждать в них осенние месяцы. Подобные промежуточные стоянки назывались гюзлек. Со временем такие гюзлеки, обслуживавшие кочевников и стада во время спуска с высокогорных пастбищ, превратились в стационарные селения со своим оседлым населением. Селения на побережье имели сходное название с гюзлеками, для упрощения жизни кочевников, часть из которых теперь постоянно проживала на побережье, а часть – в гюзлеках. Такое явление особенно часто можно встретить в западной части Анталийского региона – Яйла Байындыр и Сахиль Байындыр, Яйла Гёчерлер и Сахиль Гёчерлер, Яйла Барак и Сахиль Барак, где слово «сахиль» означает «прибрежный», и другие подобные селения.

Расположенные на побережье Аланья, Манавгат/Сиде, Белек, Анталия, Кемер-Текирова, Финике, Каш считаются главными туристическими центрами, расчитанными на отдыхающих с любым уровнем дохода. Всего в нескольких часах езды от этих курортных городов простираются высокогорные яйлы со своим традиционным укладом жизни, привлекающим внимание многих туристов в течение всего туристического сезона.

У кочевников-скотоводов существует особая традиция, которая сохраняется веками. Суть ее в том, что из селений, расположенных ближе к побережью, стада перегоняются на самые отдаленные пастбища, а из селений, удаленных от побережья, стада перегоняются на близлежащие пастбища. Вот почему у каждого селения существуют свои особые сроки для миграции. Пока некоторые кочевники-ёрюки находятся в многодневном пути к яйлам, другие уже добрались до своих летних пастбищ за несколько часов и, не теряя времени, приспособили свой быт согласно новым условиям проживания. Когда приходит время отправляться в горы, то не только люди с нетерпением ждут начала похода, но даже животные все чаще поворачивают свои головы в строну высокогорных пастбищ. Впереди выступают пастухи со стадом, охраняемым обученными собаками, а за стадом идет людская колонна из стариков, молодых, подростков, женщин с маленькими детьми. Все понимают, что идти надо как можно быстрее, чтобы поскорее добраться до тех мест, где можно будет разбить кочевые палатки.

Во время подъема в горы до сих пор люди пользуются дорогами и тропками, выложенными из камня в античную и последующие эпохи. Эти дороги и тропки проложены в долинах Торосских гор и по горным склонам, но с появлением современных асфальтированных дорог значение старинных тропок существенно уменьшилось и только самые опытные старики-кочевники знают, как провести по ним кочевой караван.

Многие дороги, ведущие к яйлам, со временем опустели, заросли, как говорится в турецкой поговорке - «там и птица не пролетит, и караван не пройдет». События, которые в течение многих столетий происходили во время миграций, превратились в народные легенды. Истории, произошедшие проживавшими сотни лет назад на этих землях людьми, по сей день передаются от дедов к внукам и рассказываются с такими подробностями, словно события происходили на глазах у рассказчиков. Кочевые дороги, да расположенные вдоль них указатели о поворотах или узких местах, спусках или подъемах, родники и колодцы с пресной водой, водохранилища, огромные придорожные валуны да деревья вдоль дороги, горные ручьи и мосты, кладбища с  надмогильными камнями, где захоронены умершие, так и не дошедшие до пастбищ кочевники, могли бы рассказать нам массу интереснейших историй.

Вдоль таких дорог нет ни одного места, оставшегося без названия. Вот место, где волки напали на стадо; а вот место, где был убит пастух; это место, где дорогу каравану перерезали разбойники; а вон с того места молодая девушка сбежала к своему возлюбленному.  А вот еще – дерево, на котором сидела мудрая сова; скала, распавшаяся на огромные куски от ветра; глубокая пропасть, куда однажды свалился осел. Именно таким образом выдаются и от поколения к поколению передаются подобные названия.

Никто не знает имен захороненных на кладбищах кочевников, в изголовье могилы устанавливается лишь надмогильный камень. Кочевники-ёрюки, проходя мимо таких кладбищ, могут лишь знать о том, что где-то здесь захоронены их деды и прадеды, но указать на конкретную могилу они не смогут. Пройдет еще несколько десятков лет, и это забудется. Очень популярны истории о нападениях разбойников. Надо сказать, что народ четко разделял настоящих разбойников от отчаявшихся бедняков, готовых ограбить любого встречного, лишь бы заполучить хоть какие-нибудь монеты. И если в рассказах о беспощадных разбойниках звучат проклятья, то в рассказах о несчастных бедняках мы можем услышать много добрых слов, молитв и искренних пожеланий.

Календарь событий
Booking.com